Ожидание
Субботы

Северо - Западное Объединение Христиан Адвентистов Седьмого дня

Отдел адвентистско-еврейских отношений

 
Субботой Библия называет Царство Творца на Земле и в Вечности.  
Библейская терминология очень точно отображает суть тех вещей, которые любой человек, не зависимо от вероисповедания или его отсутствия, бессознательно воспринимает как атрибуты и проявления Вышней Силы.  Многие христианские постулаты и ценности нашей культуры первоначально исходили из еврейских письменных и устных источников, поэтому обращение к ним позволяет по-новому переоткрыть для себя наше собственное наследие.
Печатное издание "Ожидание Субботы"
Еврейско-христианский диалог в  веках
О  праздниках
Закон Моисея от древности и доныне
Новости
Наши штудии - читаем Библию дома
Печатное издание "Ожидание Субботы"

Святилище Иезекииля

Но будет имя тебе - Израиль
Чмтаем книги пророков
«Площади времени» -
Знакомство с Библейскими праздниками
Библейские праздники

Чтение свитка Рут

МАПа

«В те дни, когда управляли судьи, случился голод на земле. И пошёл один человек из Вифлеема Иудейского со своею женою и двумя сыновьями своими жить на полях Моавитских. Имя человека того Елимелех, имя жены его Ноеминь, а имена двух сынов его Махлон и Хилеон; они были Ефрафяне» Руфь 1:1,2.
Ещё ни прозвучало обетование о том, что из Вифлеема произойдёт Тот, Кто есть Хлеб жизни, и приходя к Нему, никто не будет не жаждать, не алкать вовек. Пока в Вифлееме нет хлеба.
Очень давно, когда на этой земле странствовали патриархи, город именовали по иному: Ефрафа – пыль, пепел. Здесь умерла Рахиль. Но первые евреи верили, что завещанная им Б-гом Земля не может быть проклятой. И город получил новое имя Вифлеем – город Хлеба.
Но теперь здесь был голод. И, вероятно, сильный голод. Раз Элимелех, старший в своем роду, а значит - получивший двойную часть наследства, не мог прокормить свою семью. Его отец Наасон был князем и главой всего колена Иудеев. Но теперь рядом с ним шли только жена и два сына. Это был очень сильный голод.
Обетованная земля не всегда текла молоком и мёдом. И евреи уже знали это и не боялись испытаний. Единственное, к чему они стремились, чтобы только остаться на этой земле, где однажды Мессия Израиля воссядет как Царь царей и Господь господствующих, чтобы только не лишить благословения поклониться этому Царю. Элимелех рассчитывал вернуться сюда. Они шли пожить на полях Моавитских. Глагол  לגור
лагур означает временное поселение, странствование. Пусть у язычников всегда было пропитание, и за Солёным морем в Моаве цвели финиковые пальмы, но наследник Авраама стремился вернуться домой, в Вифлеем.
Однако он не смог вернуться.
«И умер Елимелех, муж Ноемини, и осталась она с двумя сыновьями своими» Руфь 1:3.
Тяжело тянуть свой дом в одиночку. Но всё же это ещё семья, когда они втроём, по-прежнему, строят во дворе дома маленький шалашик на праздник Кущей. Хуже, когда воспоминание о Вифлеемском колодце остаются светлой надеждой только для тебя одной. 
«Они ни взяли себе жён из Моавитянок, имя одной Орфа, а имя другой Руфь, и жили там около десяти лет» Руфь 1:4.
И они закрепляются там, на этой чужой земле. Они любили своих жён. И даже их бесплодие не разрушило их семьи. Может быть, Ноеминь задавала вопрос, почему у них не рождаются дети. Может быть, она  знала ответ. Может быть, она даже говорила на эту тему с сыновьями. Но они оставались на полях Моава. Может быть, всё ещё был голод, может быть воспоминания о холмах Вифлеема-ефрафы уже были не так ярки, как прежде.   
«Но потом и оба [сына ее], Махлон и Хилеон, умерли, и осталась та женщина после обоих своих сыновей и после мужа своего» Руфь 1:5.
Это уже не библейская история про Авраама, спускающегося из-за голода в Египет и возвращающегося назад с большим богатством. Это не похоже на испытания их народа в Египте, после которых народ только размножился. Это другая реальность Библии, которую мы не так охотно замечаем в ней. Обычно, читая Священное Писание, мы, прежде всего, сосредотачиваемся на положительных моментах: грозный Исход, величественное шествие через Красное море... И лишь наше собственное бедственное положение заставляет увидеть в нём и другие истории: сколько людей погибло в рабстве Египта? сколько матерей потеряли своих детей, причём каждая из них знала, какой смертью умер её ребенок? сколько их родилось в бараках и умерло тут же, однажды не доползя до своих нар? Они находились в том же положении к обетованиям Б-га, как и те, кто однажды был спасён от рабства. И мы начинаем задавать вопрос: а что будет с нами? Мы среди первых или вторых? В нас вскипает бунт. И как ни странно, невозможность ответить на этот вопрос, горечь этого вопроса рождает в нас смирение перед волей Своего Небесного Отца. И какое-то смутное понимание, что мы чего-то ещё не знаем о путях Б-жьего благословения, что оно обязательно приходит, даже к тем, кто умирает в Египте.
«Так говорит Господь: голос слышен в Раме, вопль и горькое рыдание; Рахиль плачет о детях своих и не хочет утешиться о детях своих, ибо их нет. Так говорит Господь: удержи голос твой от рыдания и глаза твои от слёз, ибо есть награда за труд твой, говорит Господь, и возвратятся они из земли неприятельской. И есть надежда для будущности твоей, говорит Господь, и возвратятся сыновья твои в пределы свои»  Иер.31:5,16,17.

«И встала она со снохами своими и пошла обратно с полей Моавитских, ибо услышала на полях Моавитских, что Бог посетил народ Свой и дал им хлеб» Руфь 1:6.
Ноеминь решает вернуться. Между её сложным положением здесь и неясным будущим в Израиле была большая разница. В Израиле у неё всегда оставался надел, её неизменная доля в наследстве Авраама. Ни при каких обстоятельствах она не могла потерять его. Благословение, некогда данное Патриарху, никогда не прекращало действовать, даже если эти потомки были не верны. Это же однажды, на заре христианской эры, повторит Павел:
«завета о Христе, прежде Б-гом утверждённого, закон, явившийся спустя четыреста тридцать лет, не отменяет так, чтобы обетование потеряло силу» Галл.3:17. 
Для Ноеминь оставалась надежда в силу её рождения. И она пошла в Обетованную землю.
«И вышла она из того места, в котором жила, и обе снохи её с нею» Руфь 1:7а.  
Женщины, вошедшие с ней, не имели таких обетований. Они родились в мире, где каждый полагается только на свои силы, на  возможности своих родственников и друзей, и на свою удачу. Никто не ждал ничего особого от богов. Для них всё было просто – смерть это смерть, и её не преодолеть. Это конец. «Отчуждены от общества Израильского, чужды заветов обетования, не имели надежды» Еф.2:12.  Реальность была такова, что устроить свою будущность они могли только повторно выйдя замуж. А этого в Израиле они сделать не могли. Не потому, что не хотели, - они уже полюбили Б-га Израилева, - просто в силу Б-жьего закона, разграничивающего святое и не святое,  им это было не доступно. Б-жий Закон не давал им возможность войти в тот мир, где даже если находясь на чужой стороне и потеряв всё и самих детей, у тебя всегда оставалась будущность и надежда.
«Аммонитянин и Моавитянин не может войти в общество Господне, и десятое поколение их не может войти в общество Господне во веки, ..
Не желай им мира и благополучия во все дни твои, во веки» Вт.23:3,6.  
И всё же одна из женщин решает пойти с Ноеминью.                   
«Но Руфь сказала: не принуждай меня оставить тебя и возвратиться от тебя; но куда ты пойдёшь, туда и я пойду, и где ты жить будешь, там и я буду жить; народ твой будет моим народом, и твой Б-г - моим Б-гом;  и где ты умрёшь, там и я умру и погребена буду; пусть то и то сделает мне Господь, и ещё больше сделает; смерть одна разлучит меня с тобою» Руфь 1:16,17.
Обычно Рут не многословна. Но здесь она произносит пылкую тираду, чтобы объяснить, почему единственный раз во всей книге она отказывается выполнить чужую волю. И всё же её вера не может изменить реальность. Она может пойти с Ноеминью, она может жить с ней, она даже может быть похоронена рядом ней. Но чтобы народ Израиля стал и её народом и Б-г Израиля стал её Б-гом, как бы она не хотела, такое было невозможным.

И действительность оказалась именно такой, о которой её предупреждала Ноеминь.  
«Слуга, приставленный к жнецам, отвечал и сказал: эта молодая женщина - Моавитянка, пришедшая с Ноеминью с полей Моавитских» Руфь 2:6.
Дважды в этой короткой и случайной фразе работника на поле, где она рассчитывала достать хлеб, подчеркнуто её недостойное происхождение. Именно пренебрежительное, жестокое отношение всех к ней заставляет Вооза вновь и вновь предупреждать работников не причинять зла:
«…вот, я приказал слугам моим не трогать тебя…» Руфь 2:9
«Вооз дал приказ слугам своим, сказав: пусть подбирает она и между снопами, и не обижайте ее…» Руфь 2:15.
«…пусть она подбирает, и не браните её» Руфь 2:16.
Он постоянно одёргивает их от нечестивых слов и действий. А если бы не одергивал? А что говорили Рут на других полях, если Закон не просто запрещал евреям принимать моавитян, но и объяснял, почему:
«потому что они наняли против тебя Валаама, сына Веорова, из Пефора Месопотамского, чтобы проклясть тебя …» Вт.23:4.
«…который научил Валака ввести в соблазн сынов Израилевых, чтобы они ели идоложертвенное и любодействовали» Отк.2:14.
Что могли говорить Рут на полях Вифлеема согласно безжалостной житейской логике?

Поэтому она чувствует себя здесь чужой.
«И сказала Руфь Моавитянка …» Руфь 2:2.
«Руфь Моавитянка сказала:…» Руфь 2:21.
Писание снова и снова повторяет, что она моавитянка, и не для того, чтобы читатели не забыли этого факта. Просто именно так ощущает себя Рут, саму себя. Благожелательное отношение кого-нибудь к ней, шокирует её:
«Она пала на лице своё и поклонилась до земли и сказала ему: чем снискала я в глазах твоих милость, что ты принимаешь меня, хотя я и чужеземка?
Она сказала: да буду я в милости пред очами твоими, господин мой! Ты утешил меня и говорил по сердцу рабы твоей, между тем как я не стою ни одной из рабынь твоих» Руфь 2:10,13.  

Значительно позже вопрос о моавитянах встанет уже при строительстве Второго Храма и опять будет решён однозначно:
«Мы сделали преступление пред Б-гом нашим, что взяли [себе] жён иноплеменных из народов земли, но есть ещё надежда для Израиля в этом деле;  заключим теперь завет с Б-гом нашим, что, по совету господина моего и благоговеющих пред заповедями Б-га нашего, мы отпустим [от себя] всех жён и [детей], рождённых ими, - и да будет по закону!» Езд 10:2,3. См. 9,10 гл.книги.
Через несколько лет уже Неемия таким же образом решит проблему браков с моавитянами: «Ещё в те дни я видел Иудеев, которые взяли себе жён из Азотянок, Аммонитянок и Моавитянок; и от того сыновья их в половину говорят по-азотски, или языком других народов, и не умеют говорить по-иудейски. Я сделал за это выговор и проклинал их, и некоторых из мужей бил, рвал у них волоса и заклинал их Б-гом, чтобы они не отдавали дочерей своих за сыновей их и не брали дочерей их за сыновей своих и за себя. Не из-за них ли, [говорил я,] грешил Соломон, царь Израилев? У многих народов не было такого царя, как он. Он был любим Б-гом своим, и Б-г поставил его царём над всеми Израильтянами; и однако же чужеземные жёны ввели в грех и его. И можно ли нам слышать о вас, что вы делаете всё сие великое зло, грешите пред Б-гом нашим, принимая в сожительство чужеземных жен?» Неем 13:23-27.

И все же, не смотря на позорное прошлое и грозные предупреждения о будущем, Руфь приходит в Израиль в начале жатвы ячменя.
«и пришли они в Вифлеем в начале жатвы ячменя» Руфь 1:22.
Это время Пейсаха. На второй день Пасхи в скинию приносили первый сноп колосьев, посвящая Всевышнему Б-гу весь ещё не собранный урожай, и начиналась жатва. Именно в это время приходит Рут.
Но они ничего не сеяли на этой земле, значит, не будут и жать. Кроме того, старых запасов накануне нового урожая уже нет ни у кого. И Рут моавитянка идёт подбирать колоски, случайно забытые жнецами. Почему она не возвращается назад, от народа, который так явно не принял её? Что удерживает её? Может быть уверенность, что Б-г Израиля принимает её? Чтобы узнать это, (посмотреть, какой могла быть надежда на Б-га в такой ситуации) можно обратиться к другой истории:
«И вот, женщина Хананеянка, выйдя из тех мест, кричала Ему: помилуй меня, Господи, сын Давидов,...
Но Он не отвечал ей ни слова. И ученики Его, приступив, просили Его: отпусти её, потому что кричит за нами.
Он же сказал в ответ: Я послан только к погибшим овцам дома Израилева.
А она, подойдя, кланялась Ему и говорила: Господи! помоги мне.
Он же сказал в ответ: нехорошо взять хлеб у детей и бросить псам.
Она сказала: так, Господи! но и псы едят крохи, которые падают со стола господ их» Мтф.15:22-27.
Рут хорошо чувствовала своё положение перед Б-гом - Она имела право собирать только крохи, упавшие колосья.
«Когда будете жать жатву на земле вашей, не дожинай до края поля твоего, и оставшегося от жатвы твоей не подбирай,...оставь это бедному и пришельцу. Я Господь, Б-г ваш» Лев.19:9,10.
Она могла также рассчитывать, что ежедневные всесожжения в Скинии приносится и за неё, как и за всех пришельцев на земле Израиля.
Но она не могла так же просто решить вопрос своей принадлежности к Б-гу, как воскликнула по дороге в Вифлеем:
«и твой Б-г (будет) моим Б-гом...» Руфь 1:16.
Она не могла посвятить свою жизнь Единому Б-гу, принеся свою жертву в Его Храм. Потому что жертву мог приносить только мужчина, священник своей семьи. А в её семье мужчины не было, у неё не было священника, который мог бы произнести её имя в Храме Небесного Б-га. Живя в городе Хлеба, она могла только собирать упавшие колосья. Вне общества израильского и вне его Б-га.

«У Ноемини был родственник по мужу её, человек весьма знатный, из племени Елимелехова, имя ему Вооз. И сказала Руфь Моавитянка Ноемини: пойду я на поле и буду подбирать колосья по следам того, у кого найду благоволение. Она сказала ей: пойди, дочь моя.  Она пошла, и пришла, и подбирала в поле [колосья] позади жнецов. И случилось, что та часть поля принадлежала Воозу, который из племени Елимелехова» Руфь 2:1-3.
Случайным казалось это происшествие в глазах Рут, не знавшей о существовании Воза. Однако для Ноемини вмешательство Всевышнего было очевидным.
«И сказала Ноеминь снохе своей: благословен он от Господа за то, что не лишил милости своей ни живых, ни мёртвых! И сказала ей Ноеминь: человек этот близок к нам; он из наших родственников» Руфь 2:10.   
Случайностями подобного рода изобилует Писание. Достаточно вспомнить сватовство Элиэзера. В тех же самых словах разъясняется истинная суть случайности:
«и сказал: благословен Господь Б-г господина моего Авраама, Который не оставил господина моего милостью Своею и истиною Своею! Господь прямым путём привёл меня к дому брата господина моего»  Быт.24:27.
И всё же пока это только случайность. Богатый родственник решает оказать небольшую помощь разорившейся вдове своего дяди. Помощь действительно небольшая. Но своеобразие книги Рут в том, что она рассказывает не о делах человека, а тем более не о праведных делах. Библейские книги почти всегда сосредоточены на поступках. Характеристику своих персонажей они дают через дела. Особенность книги Рут в том, что она говорит об отношениях, - вещь необычная для Библии. 
Писание постоянно подчёркивает отношение Ноемии к Рут: она называет её дочерью (Руфь 2:2;3:1), постоянно подчеркивается родство с ней –
«И сказала Ноеминь снохе своей…» Руфь 2:20,22
Постоянное упоминание родственных связей могло бы показаться излишним. Разве нам не известно о них? Но через этот повтор всякий раз подчёркивается их близость.
Единственный человек, который также не пренебрегает её - Вооз. Он называет её дочкой и предлагает остаться на своём поле:
«И сказал Вооз Руфи: послушай, дочь моя, не ходи подбирать на другом поле и не переходи отсюда, но будь здесь с моими служанками» Руфь 2:8.
Он заботится о её достоинстве, беспокоится чтобы она не испытывала жажды:
«пусть в глазах твоих будет то поле, где они жнут, и ходи за ними; вот, я приказал слугам моим не трогать тебя; когда захочешь пить, иди к сосудам и пей, откуда черпают слуги мои» Руфь 2:9.
Помимо материальной помощи он оказывает ей и нравственную поддержку:
«Вооз отвечал и сказал ей: мне сказано всё, что сделала ты для свекрови своей по смерти мужа твоего, что ты оставила твоего отца и твою мать и твою родину и пришла к народу, которого ты не знала вчера и третьего дня;  да воздаст Господь за это дело твоё, и да будет тебе полная награда от Господа Б-га Израилева, к Которому ты пришла, чтоб успокоиться под Его крылами!» Руфь 2:11-12.
Он собственноручно подаёт ей еду (Руфь 2:14). Мелочь. Разве это поступок? Он оставляет ей часть урожая большую, чем та, на которую она имела право по закону:
«Вооз дал приказ слугам своим, сказав: пусть подбирает она и между снопами, и не обижайте её; да и от снопов откидывайте ей и оставляйте, пусть она подбирает, и не браните ее» Руфь 2:15,16.  
Отношение между людьми поднимаются снова и снова:
«И сказал Вооз Руфи: послушай, дочь моя, не ходи подбирать на другом поле и не переходи отсюда, но будь здесь с моими служанками» Руфь 2:8, ( נערתי нааротай - служанки (ж.р) .мои).
Вооз беспокоится за неё, он старается оградить её от грубости работников. Но Рут не замечает нотки озабоченности в его словах.
«Руфь Моавитянка сказала: он даже сказал мне: будь с моими служанками (נערימ , неарим, слуги (м.р.)), доколе не докончат они жатвы моей» Руфь 2:21, - передаст Рут его слова Ноемини. Ей и в голову не приходит, что забота о её чести может волновать кого бы то ни было. Но Ноеминь чётче понимает обстановку и просит Рут о том же, что и Вооз:
«И сказала Ноеминь снохе своей Руфи: хорошо, дочь моя, что ты будешь ходить со служанками его (נערותיו нааротав, служанки (ж.р.) его), и не будут оскорблять тебя на другом поле» Руфь 2:22.

Ещё нет никаких дел, нет никакого подвига веры и вообще Б-жьих чудес для избранных. Есть старая нищая женщина, есть, по сути, бездомная беженка, есть просто старик, подавший хлеба и не более. А ещё есть Б-г, видящий в этот момент всех брошенных стариков по всей земле, всех бездомных и всех скорбящих. Он видит и этих трёх. Он видит как они прикасаются друг ко другу в своей нищете и безнадёжности. Они знает их безумные надежды, которым они верят, несмотря на то, что Его Закон, ограждающий не павшие миры от греха,  очень чётко определил их положение во Вселенной и их обречённость. Б-г видит это стремление человека остаться именно человеком, со своим достоинством, построить возле себя человеческие отношения, хотя действительность только ломает любые проявления человечности, хотя ты знаешь, что Б-жьи обетования обойдут тебя.
И Б-г избирает жить среди этих людей, родиться в их городе, называться их именем.

Но как сделать это? Как Его собственный Закон запрещал моавитянке иметь благословение принадлежать Ему, точно также этот же Закон запрещал и Ему, Творцу Жизни жить среди этих людей, мёртвых по преступлениям и грехам. Он, Живой, не может появиться среди мёртвых.
«И сказала ей Ноеминь, свекровь её: дочь моя, не поискать ли тебе пристанища, чтобы тебе хорошо было? Вот, Вооз, со служанками которого ты была, родственник наш; вот, он в эту ночь веет на гумне ячмень;  умойся, помажься, надень на себя [нарядные] одежды твои и пойди на гумно, но не показывайся ему, доколе не кончит есть и пить;  когда же он ляжет спать, узнай место, где он ляжет; тогда придёшь и откроешь у ног его и ляжешь; он скажет тебе, что тебе делать» Руфь 3:1-4.
«И сказал [ей Вооз]: кто ты? Она сказала: я Руфь, раба твоя, простри крыло твоё на рабу твою, ибо ты родственник» Руфь 3:9.
Последнее предложение можно перевести значительно проще: «Возьми меня под плащ к себе» – это уже брак. Один проповедник как-то признался, что взялся писать проповедь по книге Рут, но не смог этого сделать, так как там один разврат. Конечно, разврат согласно неумолимой человеческой логике, грязь. Житейская мудрость советует в этом случае сделать вот что:
«[Вооз] сказал: благословенна ты от Господа, дочь моя! это последнее твоё доброе дело сделала ты ещё лучше прежнего, что ты не пошла искать молодых людей, ни бедных, ни богатых» Руфь 3:10. –
Тихо, незаметно выйти замуж (хотя закон это и запрещает), и жить не привлекая к себе лишнего внимания. Это было бы благопристойно и понятно с человеческой точки зрения.
Но Рут избирает другое: собирать колосья, унижаться, а затем попытаться жить гражданским браком со стариком, потому что он родственник. Ради того, чтобы родившийся ребёнок, который, понятно, будет проклинаем, носил имя её умершего мужа.
«Если братья живут вместе и один из них умрёт, не имея у себя сына, то жена умершего не должна выходить на сторону за человека чужого, но деверь её должен войти к ней и взять её себе в жену, и жить с нею,- и первенец, которого она родит, останется с именем брата его умершего, чтоб имя его не изгладилось в Израиле» Втор.25:5,6.
Ибум – так называется этот закон. Его пример можно найти в Быт.38:8.   
Странный закон странного Б-га. Закон Б-га Израилева всячески борется за человека. Согласно ему, мертвый может родить живых. И эти живые будут наследовать древние обетования уже умерших однажды увидеть Мессию и служить ему. «Ибо Господь сотворит на земле нечто новое: жена спасёт мужа» Иер.31:22.
История Рут очень напоминает историю Авраама. Её появление в обетованной земле описано в тех же словах, что и призыв Господа к Аврааму:
«И сказал Господь Авраму: пойди из земли твоей, от родства твоего и из дома отца твоего, в землю, которую Я укажу тебе» Быт. 12:1…
«Вооз отвечал и сказал ей: мне сказано всё, что сделала… что ты оставила твоего отца и твою мать и твою родину и пришла к народу, которого ты не знала вчера и третьего дня» Руфь 2:11.
Точно так же в обоих случаях у омертвелого рождается наследник.

Да, этот поступок не прибавит ей уважения в глазах окружающих. Наоборот, он подтвердит все дурные слухи о мавитских женщинах. Но именно её сын наследует это благословение:
«Не отойдёт скипетр от Иуды и законодатель от чресл его,
доколе не приидет Примиритель, и Ему покорность народов» Быт 49:10.
Люди не будут знать этого, – всё совершается ночью. Кто-то иной будет именоваться иудейским князем. Никто хорошего слова не скажет о сыне блудницы. Но Б-г, который учредил закон в Израиле, Который следит за тем, что бы все Его обетования сбылись, Он будет надзирать за мальчиком и его потомками и вести их к Своему Храму.

А еще родившийся мальчик будет евреем, который в отличие от неё сможет принести жертву в Храме за свою мать, который может стать для неё священником и открыть ей, чужеземке, дорогу к Б-гу Израиля.

Ещё одну историю повторяет книга Рут, - историю Фамари. В ней тоже не оставив детей умирают двое братьев. Вдова – не-еврейка одного из них присоединяется к народу Израиля. Её избавляет от вдовства не ближайший родич-избавитель, на которого закон возлагает эту обязанность, но уже немолодой родственник. При этом поведение женщины сомнительно. Обстоятельства, которые трудно назвать ординарными, приводят к рождению сына и восстановлению прерванного рода. Причём в обоих случаях это один и тот же род Иуды. Книга Рут сама сравнивает две эти истории:
«И да будет дом твой, как дом Фареса, которого родила Фамарь Иуде,
от того семени, которое даст тебе Господь от этой молодой женщины» Руфь 4:12.
Деяние отцов – знамение потомкам. Еврейская история словно возвращается к себе, разыгрывая новые вариации прежней темы, одной и той же темы: истории о том, как Б-г с одной стороны вопреки Своему Закону, но, тем не менее, именно только подчинившись Закону, пришёл жить среди людей и стал их священником в Небесном Храме. Истории о том, что людям иногда кажется, что Б-жьи обетования совершаются не в каждой судьбе: кто-то выходит из рабства, а кто-то остаётся в нём. Но это только кажется людям.

Вооз не соглашается на предложение Рут на гумне. Он заключает с ней законный брак. Благодаря его продуманному поведению, манипуляциям с продажей земли, а так же  авторитету, этот брак признаётся старейшинами Израиля, не смотря на закон о моавитянах.
«И сказал весь народ, который при воротах, и старейшины: мы свидетели; да соделает Господь жену, входящую в дом твой, как Рахиль и как Лию, которые обе устроили дом Израилев; приобретай богатство в Ефрафе, и да славится имя твоё в Вифлееме; и да будет дом твой, как дом Фареса, которого родила Фамарь Иуде, от того семени, которое даст тебе Господь от этой молодой женщины» Руфь 4:11,12.
Однако мы не слышим голоса их благословения, когда рождается сын Овид.
«И говорили женщины Ноемини: благословен Господь, что Он не оставил тебя ныне без наследника! И да будет славно имя его в Израиле!» Руфь 4:14.
«Соседки нарекли ему имя и говорили: „у Ноемини родился сын", и нарекли ему имя: Овид» Руфь 4:17.
Из истории о рождении сына Захарии мы знаем, что имя новорождённому в Израиле давалось старейшинами, а не соседками (Лук.1:59-64). Это молчание старейшин не случайно. Согласно иудейской традиции, Вооз умер сразу после брака, - он был уже пожилым человеком. И естественно, все задумались, почему это случилось? Может, действительно Б-г проклял этот союз? Тогда этот ребёнок не угоден Б-гу. Тень подозрения висела над этим родом до четвёртого рода. Пока Б-г, возвысив Давида, не явил, что благословение колена Иудина действительно было на сыне моавитянки Рут. Хотя, Давиду, не смотря на прямую родословную линию, долго пришлось убеждать в своей правоте сначала дом свого отца, затем часть своего колена, потом все колено Иудино, затем Израиль.

Деяния отцов – знамение потомкам. В Библии нет ни одной книги, не написанной в наставление нам, достигшим последних веков (1 Кор.10:11). У книги Рут тоже есть своё место в пророчествах о последнем времени. Она читается на праздник Шавуот, - день Дарования Торы на Синае и сошествия Самого Творца. Книга Рут рассказывает о переживаниях тех, кто однажды обретёт самое важное обетование Господа Б-га Израилю – обетование о Сошествии Духа Святого Б-га, навсегда утверждающего Свой Закон в нашем сердце.
Иногда мы очень просто смотрим на Б-жественные обетования как на то, что уже принадлежит нам, если не по праву рождения, то хотя бы по вере. Но Небесный Шавуот, который поставит точку в этом вопросе, ещё не совершился. Поэтому нам иногда полезно перечитывать книгу Рут, - одну из многих историй о том, как люди, по праву обладающие благословением, всё же борются за него, хотят понять, как  оно действует, как передаётся. Они делали это, потому что понимали: борьба за принадлежность к Израилю, это борьба за Вышнюю силу, помогающую выжить в условиях,  когда рушится всё человеческое, что ещё осталось на этой земле.

Вернуться на Главную -- Праздники